О геронтологических аспектах гигиены пола

О геронтологических аспектах гигиены пола
  • Выше рассматривалось влияние различных уровней половой активности на функциональное состояние самой половой системы, которое, однако, как показывает сравнительный анализ, у самых разных животных оказывается тесно связанным с продолжительностью жизни. Это и понятно, ибо с окончанием прокреационного периода особи, выполнившей свою задачу по поддержанию вида, биологический смысл дальнейшего ее существования утрачивается.
  • Этот общий биологический закон нашел отражение в ряде научно-дидактических произведений древнего Китая (Ill—IX вв.), связывавших долголетие с соединением начала ян (солнечное, светлое, мужское, положительное, активное начало) и инь (лунное, темное, женское, отрицательное, пассивное начало). Например, «Дун сюань цзы» («Трактат проникшего в тайну») начинается следующими словами: «Из мириад вещей, созданных Небом, самое драгоценное — человек. Из всех вещей, дарующих человеку благоденствие, ни одна не сравнится с интимной близостью. В ней он следует Небу и копирует Землю, упорядочивает инь и управляет янь. Те, кто постигнет ее значение, смогут напитать свою природу и продлить свою жизнь; те, кто упустит подлинное ее значение, нанесут себе вред и умрут прежде времени». В другом трактате, «Су нюй цзин» («Наставления чистой девы»), говорится: «Все люди впадают в слабость и дряхлость от того, что нарушают законы соединения инь и ян. Женщина для мужчины то же, что вода для огня... Мужчина и женщина дополняют друг друга подобно тому, как Небо и Земля рождены друг для друга. Небо и Земля владеют законами соединения, потому они бесконечны. Люди утратили их, от того есть умирающие в молодости”.
  • Отмеченная общебиологическая закономерность, так же как откровения древнекитайских научно-дидактических трактатов, созвучны с рядом публикаций, беспрерывная цепь которых следует с конца XVIII века вплоть до известных клинико-экспериментальных работ В.М. Дильмана и его сотрудников, формулирующих три положения элевационной концепции механизма развития, старения и возрастной патологии.
  1. Первое положение гласит, что в живых организмах наряду с гомеостатическими системами, регулирующими физиологические проявления, параметры которых практически не зависят от возраста, оставаясь стабильными на протяжении всего онтогенеза (например, ионный состав крови), существуют гомеостатические системы, уровни функционирования которых изменяются по мере роста и развития организма. Более того, В.М. Дильман показал, что выполнение стоящих перед этими системами задач по обеспечению постоянства внутренней среды, делающей организм независимым от внешних влияний, было бы невозможным, если бы эти системы функционировали на одном и том же уровне в течение всей жизни. К системам, изменяющим уровень функционирования в зависимости от возрастного этапа, были отнесены три основные гомеостатические системы — энергетическая, адаптационная и репродуктивная.
  2. Второе положение гласит, что в ходе саморазвития трех названных гомеостатических систем по мере увеличения возраста происходят однотипные изменения, а именно неуклонное повышение порога чувствительности гипоталамуса (или элевация, что и послужило основанием для обозначения всей концепции). Это повышение порога (т.е. снижение чувствительности) гипоталамуса происходит на фоне столь же неуклонного повышения гормональной активности, что, в частности, с предельной наглядностью прослеживается в репродуктивной системе по постоянному возрастанию концентрации гонадотропинов в крови, констатируемому начиная с препубертатного периода и вплоть до постклимактерия.
  • Если два первых положения В.М. Дильмана обосновываются солидной фактографией и методологией, то третье, формулируемое как «неизбежность перехода программы развития в программу формирования возрастной патологии», требует коррекции. Ослабленную эрекцию возможно корректировать с помощью Eregra 100Vilitra 20Vidalista 20. Сама по себе фактографическая основа третьего постулата возражений не вызывает — процесс саморазвития действительно создает постоянные метаболические сдвиги, необходимые для обеспечения возрастающих потребностей организма, — в этом не может быть сомнений, так же как в том, что те же сдвиги как бы «по инерции» продолжают саморазвиваться в том же направлении и после завершения периодов, для которых эти сдвиги были адекватны. Так, в репродуктивной системе женщин, как об этом свидетельствует, возрастание экскреции тотальных гонадотропинов и фолликулостимулирующего гормона продолжается и по миновании прокреационного периода. Однако это лишь создает предпосылки для формирования возрастной патологии, что отнюдь не равнозначно реализации программ формирования болезней возраста. Жесткая формулировка третьего постулата звучит слишком фатально, и автор концепции, как показывают другие его публикации, вынужден иногда сам от этой формулировки отходить. Так, во втором сообщении, раскрывая термин канкрофилия, он определяет его как «метаболические условия, способствующие (разрядка авторов) развитию рака», и здесь же говорит о возрастном снижении сопротивляемости к инфекции как предпосылке к развитию болезни, а не самой болезни.
  • Если, таким образом, внести соответствующую коррекцию в формулировку третьего положения, концепция В.М. Дильмана может служить надежной теоретической опорой для анализа широкого круга изменений инволюционного периода в аспекте взаимодействия внутренних причин старения с факторами внешними, которые могут как потенцировать, так и задерживать действие внутренних механизмов. В примере функционирования тех же гомеостатических систем переедание или снижение физической активности, увеличивая массу жировой ткани, способствует повышению в крови инсулина, жирных кислот и т.д., т.е. действует в том же направлении, что и внутренние причины старения. Напротив, двигательная активность и рациональный пищевой режим будут противодействовать реализации генетически преформированных «программ возрастной патологии».
  • Из сказанного прежде всего следует, что продуктивный анализ геронтологических аспектов гигиены пола не может ограничиваться рассмотрением оптимального уровня половой активности как таковой, а должен выходить за узко сексологические рамки, поскольку возраст является не только биологическим, но и психологическим, социальным фактором.

Важность семейных отношений

  • Важность налаженных семейных отношений как одного из самых значительных бытовых и гигиенических факторов, непосредственно отражающихся на нервно-психическом состоянии человека, доказывается хорошо известными фактами, что холостые мужчины, так же как незамужние женщины, дают более высокие показатели заболеваемости и умирают в более молодом возрасте, чем семейные. Имеются как клинические, так и экспериментальные данные, подтверждающие благотворное влияние регулярной половой активности на сопротивляемость по отношению к действию патогенных факторов и продолжительность жизни.
  • Четко наметившаяся в 70-е годы переориентация геронтологических исследований в онтогенологический план, т.е. изучение всего индивидуального развития, а не только его заключительных этапов, наряду с выработкой экспериментальных приемов, открывающих доступ к изучению молекулярных и субмолекулярных процессов в живых системах, представили и продолжают представлять убедительные доказательства значения активности как важнейшего фактора, предупреждающего преждевременное старение. Ю.А. Спасокукоцкий и соавт. представили свидетельства того, что долгожители — люди деятельного и творческого труда. И. Муравов, Д.Ф. Чеботарев и О.В. Коркушко (1968), Р.Е. Мотылянская и др. показали роль мышечной системы как ключа, который способен не только вскрыть важнейшие особенности возрастных изменений на разных этапах онтогенеза, но и, что особенно важно, стимулировать развитие адаптационных механизмов и тем самым способствовать достижению активного долголетия. С данными советских геронтологов очень тесно перекликаются эксперименты их болгарских коллег. Русанов показал, что искусственная иммобилизация не ограничивается поражением мышечной системы, но наносит одновременно и параллельно ущерб также мышце сердца и общей системе энергетического обеспечения организма, т.е. «приводит к тем же самым изменениям, к которым ведут и явления старости». Экспериментальные данные Русанова получают особое значение в свете данных А.И. Берга (1964), показавшего, что доля мышечных усилий в энергетическом балансе человечества за 100 лет сократилась с 94 до 1 %.
  • Экспериментальные данные Матеева в совокупности с данными Русанова послужили основанием для построения Матеевым негэнтропической концепции профилактики преждевременной старости. Если принудительная или вынужденная иммобилизация ведет к сокращению энергетического заряда, т.е. свободной для работы энергии, и обозначает увеличение энтропии, то функциональная нагрузка стареющего организма физическими упражнениями означает уменьшение энтропии (негэнтропия). Фазы расхода (увеличивающейся энтропии) и фазы восстановления (уменьшающейся энтропии) взаимно связаны, и их чередование представляет, по Матееву, цикл самообновления живой материи. Пониженная функциональная нагрузка (гипофункция), нарушая оптимальный баланс энергетических систем, означает увеличение энтропии и развитие процессов структурной инволюции и атрофии, что превращает организм в закрытую (изолированную, по И. Пригожину, 1960) термодинамическую систему. Это последнее состояние Матеев уподобляет догорающей свече, так как процессы самообновления в нем не могут быть приведены в движение из-за недостатка активности. Пища, принимаемая в подобных условиях, не может быть использована в такой степени, чтобы превратить систему в открытую. Особый интерес представляет в рассматриваемой концепции фактор отдыха. Этот последний, по Матееву, носит восстановительный характер (ведет к уменьшению энтропии, т.е. к негэнтропии) только в том случае, если ему предшествовала достаточная функциональная нагрузка. Напротив, отдых, покой без предшествующей функциональной нагрузки, достигающей стадии выраженного утомления, приводит к упадку и суживанию энергетического заряда, к инволюции и атрофии (т.е. к повышенной энтропии). «Следовательно, — заключает Матеев, — отдых имеет свою диалектическую границу, за пределами которой он приносит ущерб организму».